Prof. Alexej Jurjevič Plotnikov s Dr. Josefem Skálou - Evropa a Moskva na prahu 2. sv. války

Krásný přímý dobrý večer, vážení přátelé, vám všem, kteří jste dorazili na dnešní speciální stream s panem profesorem Plotníkovem a Josefem Skálou, kterému tímto předá slovo Pepo, pověz nám víc. Dobrý večer, milí přátelé, krátce česky. Pan profesor Alexe Jurjevič Plotníkov je významný ruský historik. Známe se nějaký čas. On se zabývá i věcmi, které mne uvedli do složité situace. Víte, co mám na mysli? Zabývá se mi velmi profesionálně. A dokonce byl připraven přijet svědčit za spolu s obhajobou u soudu. Nepustili ho sem. Ani telemu to nedovolili. Nevadí. On expertem na spoustu jiných otázek a já ho z tohoto hlediska budu vzpovídat. My dnes natočíme rozhovor pouze, protože Zoom ne garantuje nebo nezajišťuje automatický překlad do titulku. To musíme pořídit později, ale vrátíme se někdy příští týden k rozhovoru s panem profesorem Plotníkovem a dostanete slovo vy diváci. Dobrý večer, Alex Jevič. Я должен был чуть-чуть объяснить нашей публике, в чём дело, кто вы такой и как мы это будем, так сказать, организовать. С тем, что я не скрывал, что вы, конечно, прекрасно знаете и те моменты истории, которые загнали меня в угол, так сказать, криминализации и прочее. Я даже не скрывал, что вы были готовы приехать в качестве эксперта на стороне защиты, но вам не позволили этого и даже Телемост не позволили. Ну, я думаю, что знаю причину. Там ведь наши аргументы слишком крепкие и сильные и убедительные, что их, конечно, никто не хотел слышать. Но сегодня мы будем говорить не на эту тему, а на более о более широком контексте. То есть, а, ситуации в Европе и, скажем, политики Советского Союза в преддверии Второй мировой войны. Да, позвольте мне начать с Мюнхена. с мюнхенского сговора в сентябре, в конце сентября тридцать восьмого года и из политики так называемого эписмента, умиретворения, ээ, так сказать, Гитлера и его союзников. Скажите, Алексей Юрьевич, вы согласны с тем, что это был лишь наивный подход западных либералов, которые верили во что-то или настоящий отцел, так сказать, состоялся состоялся в чём-то другом? Пожалуйста. >> Добрый вечер, уважаемый Йозеф. Добрый вечер, уважаемые слушатели, аэ которые, я надеюсь, ээ, м, получат много пользы вот нашей беседы. А наша беседа, я думаю, будет максимально фактологическая. Здесь не будет никаких вымыслов, мы будем только говорить по фактам. А, итак, мюнхенский сговор, политика умиротворения агрессора. Это один из тех вопросов, который сейчас всячески фальсифицируется и вращается заинтересованными в разрушении остатков контактов и взаимопонимания, я бы сказал, между Восточной и Западной Европой. Вот прежде всего деятелей э Европейского Союза, а которые ведут себя последнее время очень неконструктивно и занимаются фактически политикой переписывания истории. А, но мюнхенский сговор, как он справедливо называется и как он вошёл в историю, переписать невозможно, если придерживаться хотя бы тех очевидных фактов, которые там были. Что это было? Ну, разрешите мне такую провести аналогию. Э, мы, русские, любим цитировать и своих, в том числе, деятелей. Вот в своё время был такой известный депутат Государственной Думы, ещё старый. Э, вот его фамилия была Мелюков, в дальнейшем он был министром иностранных дел во временном правительстве. >> Так вот, выступая перед парламентом, м в ходе Первой мировой войны он задал свой э очень важный вопрос: что это? Глупость или измена? А это было посвящено конкретному, не очень удачному эпизоду сражений Первой мировой войны, но смысл был абсолютно ясен. И вот его можно экстраполировать на многие процессы политические сегодняшние. Вот этот вопрос можно вполне адресовать тем, кто всячески пытается доказать, что Мюнхенский договор - это было стремление к миру, и это был буквально последний шанс избежать войну. Ну, прежде всего, глупостью я это, наверное, назвать не могу, потому что люди, которые подписывали его со стороны, прежде всего ведущих западных стран, Западной Европы, тогда это, давайте вспомним, премьер-министр Франции и премьер-министр Великобритании. Их уж точно в наивности никак нельзя обвинить или в некомпетентности, или тем более в глупости. Это были искушённые, очень компетентные политики для своего времени, которые всё прекрасно понимали и видели. Просто это была политика, а заведшая, в конце концов их самих же в тупик и ставшая одним из ключевых, а может быть и ключевых факторов начала Второй мировой войны. Это политика умиротворения агрессора или так называемый писмент, английский термин, а который преподносится сейчас как вот действительно попытка, а договориться о мире. С кем договориться о мире? Давайте с вами прежде всего представим ситуацию. Фашистская Германия, которая начиная с тридцать третьего, ну, с тридцать четвёртого года точно после прихода Гитлера к власти активно реметаализировалась, активно нарушала всевозможные условия у Версальского договора, кстати, главными гарантами исполнения которого были те самые Франция и та же самая Англия. А просто взяла совершенно откровенный, агрессивный курс на всемирное порабощение. пощении Европы совершенно точно это нигде не скрывалось. Это есть и Майнкам у Гитлера, и в выступлениях руководителей нацистской Германии. И прежде всего м это был мм поиск или, как они говорили, защита а своего жизненного пространства. Жизненное пространство предполагало прежде всего агрессию и оккупацию соседних государств. И в данном случае Чехословакия, ну, она была первой, наверное, самой главной жертвой, которая здесь была принесена этими западными гарантами Версаля, Франции и Англии, якобы для того, чтобы умиротворить агрессора. Но давайте прежде всего создадим вопрос: можно ли договориться с агрессором? Можно ли договориться по образному выражению э знаменитого англичанина, премьер-министра Великобритании Уинстона Черчеля с крокодилом? Он так и говорил, это его цитата. А миротворец - это тот, кто кормит крокодила, надеясь, что крокодил его съест. Последний. То есть были люди, которые прекрасно понимали, что это просто бессмысленно. Наоборот, это способствует росту аппетитов агрессора и, э, порождает в нём чувство безнаказанности. Что самое здесь неприглядное с точки зрения поведения западных политиков это то, что а у Франции с Чехословакией был известный договор, к которому затем присоединился Советский Союз. Это был такой тройственный 1935 года, смысл которого был очень простой. Если Чехословатия подвергнется нападению со стороны какого-то третьего государства, третьим государством однозначно подразумевалось и могла быть только фашистская Германия, то Франция окажет ей всяческую помощь, включая военных. И вот имея такие международные обязательства, Франция пошла на то, что её премьер-министр подписывает этот абсолютно немыслимый с точки зрения логики и просто обычной морали договор. Я не знаю в истории международных отношений более грязного и несправедливого и циничного договора, когда даже не спросив Чехословакию, а защищать, которую Франция гарантировала, да, обещала этим договорам, а просто взяли и отдали её как кусок мяса на удовлетворение э потребностей фашистского агрессора, а при этом заявляя, что это тот ээ та жертва, которая приведёт к миру. Но ещё раз давайте зададим вопрос. Глупость или измена? Ну, в глупости никак нельзя подетиковки уротворить, кто их заподоздать. Значит, это было сознательное, а, их сознательное действие. А они были готовы жертвовать кем угодно. И мы должны прекрасно понимать и в Чехословатии, и в Чехии мыни должны прекрасно понимать, что ничего святого для них тогда не было. Нужно было принести Чехословакию в жертву, они её принесли. В дальнейшем нужно было принести в жертву Польшу, хотя Польша сама виновата в том, что с ней произошло. Они же с ней поступили тоже точно так же, да? Когда 1 сентября тридцать девятого года напала, напала фашистская Германия, у Англии и Франции же были военные обязательства перед Польшей. А они вели себя исключительно цинично. Но чем они оправдываются? Ну, давайте вспомним того же, э, Невела Чемберлена, главного виновника этого, э, абсолютно беспрецедентно позорного в истории международных отношений договора. Он же известен своими высказываниями, когда дело шло к вот этому договору с Германией, когда ещё ничего не было решено. Он говорил: "Неужели мы, англичане, в такой ситуации будем вынуждены расстаться с нашей мирной жизнью, рыть окопы, защищаться в этих окопах только потому, что какая-то неизвестная страна в Европе противится чуть ли несправедливым требованиям Германии. Смысл был именно такой. Кстати, на это обращал внимание в дальнейшем Черчель и говорил: "Как же можно так быть, так себя вести?" Это вот к вопросу о том, э что было в основе этих решений. К сожалению, э собственное благополучие, собственная безопасность и абсолютно ложное понимание того, а чем можно жертвовать, а чем жертвовать нельзя, привели к этому позорному документу, а который, давайте вспомним, ещё подписывался при особо циничных обстоятельствах. Делегация Чехословакии даже не была приглашена на эти переговоры. Она, что называется там в Мюнхене в известном доме, который называется Фюрербау, назывался Фюрербау. специальный такой, ну, дом резиденции Гитра, что называется, в предбаннике ожидало исхода переговоров. И потом, когда договор был подписан, открыли дверь, пригласили чехословацскую делегацию и сказали: "Вот мы подписали договор, примите его к исполнению". Смысл именно такой. Это звучит чудовищно, но это действительно так. То есть даже не, а сделав это государство, судьба которого решалась участником этого процесса и лишив его, естественно, какого-то право голоса. Как итог, мы с вами прекрасно знаем. А >> позвольте мне, позвольте мне, Алексей Юрьевич, перейти ещё к этапу чуть-чуть до того. Ээ это ещё один серьёзный вопрос, который связан с тем, о чём вы говорите. Кто на деле финансировал ээ гитлеровский гитлеровскую Германию, её перемену от, скажем, жертвы Версальского диктата в державу терроризма? геноцида и агрессии. Действительно, виноват лишь немецкий германский капитал? >> Нет, конечно, это тоже факт хорошо известный, что политика умиротворения агрессора, давайте будем применять вот этот аминописмент, который стал, ну, как бы, скажем, общим, общепризнанным. Он же включал не только поэтапное и последовательное нарушение условий Версальского договора, отход от условий Версальского договора. с точки зрения послабления его для Германии. Но он же включал ещё и другую составляющую. Эта составляющая была финансово финансово-политическая, когда те же самые страны, ну, по крайней мере, активно не противодействовали переходу немецкой промышленности на военные рейсы, что категорически, кстати, запрещалось Версалем, да, и даже шли на прямое потокание этого. То есть финансовая составляющая здесь совершенно очевидно присутствует. А это была если не политика прямого финансирования фашистской Германии, то политика косвенного разрешения ей делать то, что ей было делать категорически нельзя. Давайте вспомним хотя бы а тоже очень известное соглашение, так называемое военно-морское соглашение Великобритании и Германии. Об этом же у нас почему-то тоже сейчас западные специалисты не говорят. абсолютно вопиющее соглашение, где прямое нарушение Версаля, который, давайте напомним, прежде всего запрещал Германии иметь военно-морской флот, ну, какой-либо серьёзный, кроме там сторожевых кораблей, когда на полном серьёзе один из, подчёркиваю ещё раз, гарантов исполнения Германии этого Версальского договора подписывается с этим, а, с этим государством, с Германией договор, где просто оговаривается возможность, сколько, э, классов кораблей военных будет иметь Германия, а сколько Великобритания. Принцип был только один: не дай бог только, чтобы возрождавшийся таким образом военно-морской флот немецкий не был бы мощнее грантфлита, то есть английского флота. Как это назвать соглашение? Да, оно было настолько одиозным, что в силу не вступило, но факт его подписания же был, и это было до Мюнхена. Поэтому можно сказать, что >> трить пятом, если я не ошибаюсь, да, >> тридца пятый год. Совершенно правильно. тридцать пятый год вообще очень знаковый, потому что тридцать пятый год - это соглашение Чехословакии с Францией, о котором мы с вами говорили. Тридцать пятый год - это вот так называемое военно-морское соглашение с Великобританией. Оно настолько было чудовищно, что оно не вступило в силу, но факт остаётся фактом, что те же самые гаранты, главные исполнения Версаля, по условию Версаля, они шли на прямое его нарушение, и на прямое покани Германии его нарушения. >> Угу. >> Финансовая составляющая, безусловно, здесь тоже присутствует. Это отдельный вопрос, а, который, я считаю, уже достаточно неплохо изучен, но который требует дополнительного изучения. А также, как мы можем сказать, что в меньшей степени, но тем не менее финансировании фашистской Германии, возрождение, э, в том числе её военной промышленности, а участвовали и Соединённые Штаты Америки. >> Да, конечно, их участие было, может быть, менее заметно. И американцы, которые как тогда придерживались своей любимой политики нейтралитета, а всегда говорили о том, но мы же не причастны, мы это экономическое сотрудничество. Тем не менее известно их инвестиции в промышленность Германии, которые в дальнейшем немцы очень хорошо использовали для именно военной промышленности. Ну, хотя бы вспомнить знаменитый сборочный завод Форда, который был построен в Германии, ведь это же факт известный, который приспокойно работал вплоть до начала Второй мировой войны. Поэтому это составляющая тоже часть ответственности за вот эту политику умиротворения. Здесь ещё один важный вопрос. Очень часто задают его: "Неужели вы думаете, что люди были сумасшедшими?" Нет, вот давайте снова к этому вернёмся. Они не были сумасшедшими, но чудовищность того, что они совершили, ну, нет, не имеет никакого объяснения. Тем более, что тот же самый Черчель и другие разумные политики, а, предупреждали их, что вы не с тем заигрываете. Вы вскармливаете нового агрессора в надежде на то, что этот агрессор нападёт куда? На восток. Ну давайте назовём вещи своими. И потом вас не тронет. Но это же абсурдно. Это же наивно. Крокодил или монстр или чудовище, как угодно. Франкенштейн можно назвать как угодно этого это явление. Оно же создаётся таким образом, что оно потом будет, э, пожирать всех вокруг себя. Сначала оно съест самых слабых, а потом придёт к вам. И вот в этом как раз и есть смысл этого очень известного высказывания Черчеля, который, кстати сказать, очень не любят английские историки. Насчёт миротворца того, кто миротворец, тот кормит крокодила. Надеюсь, что крокодил съест последни. Неужели вы не понимаете, что вы вскармливаете своего же собственного магичика, агрессора для себя? Черчиль ошибся только в одном. А этот крокодил, когда сделал то, что он должен был сделал, он прежде всего съел, захватил близлежащее ему необходимое жизненное пространство в виде восточных европейских государств. Он же потом не напал на Советский Союз, а он сначала напал на Францию, а до этого он напал на Скандинавию, а потом должен был напасть на Великобританию. Поэтому в последовательности лишь ошибся Черчель. Он, наверное, не мог предположить, что Германия, прежде чем не нападёт и не разобьёт, как они считали, Советский Союз, только после этого нападёт на Англию и Францию. А Германия с военно-политической точки зрения поступила по-другому. Она зачищала себе ту, понимая, что сражение с Советским Союзом - это вопрос жизни и смерти. И поэтому очень быстро, давайте вспомним, в сороковом году, а, нападает и наносит сокрушительное поражение сначала Франции, а потом готова была высадиться Великобритании. Это известная операция Морской Лев, которая не состоялась по ряду причин. Вот, э, что такое последствие политики умиротворения. И аа ключевым итоговым явлением здесь, безусловно, стал Мюнхенский сговор, потому что мюнхенский сговор фактически запустил вот этот будильник, этот маятник войны. И когда она начнётся уже в такой горячей стадии, это было лишь вопрос времени. Как известно, началась она через год, в тридцать девятом году. Давайте мне напомнить, что в мюнхенские дни это ваша страна осталась единственной, готовой, так сказать, идти на помощь Чехословакии. Все остальные, так сказать, от этого отошли. И второе, мы говорим о содействии американского британского капитала в так сказать в создании той дикой военной мощи, не только военной мощи нацистской Германии. Я когда об этом многие говорят и стараются уйти от сути дела, я задаю такой вопрос. Извините, а если Рокеe даже после прихода Гитлера к власти финансировали большие рафинерии, если IBN финансировал, так сказать, ээ более современную вычислительную технику, если, как вы сказали, Форд ээ финансировал своё свою экспансию в Германии, даже после того, как он получил Хенри Форд за свою книжку Международный еврей получил большие, так сказать, награды от Гитлера и так далее, то не знаю ни один рубль, доллар, французский, франк, швейцарский франк, любую другую валюту, которую бы Советский Союз содействовал росту, так сказать, и финансировал, инвестировал в нацистскую Германию. Правильно я говорю? А, >> да, это так. По крайней мере, до сих пор не известно ни одного документа, который бы мог ээ вот привести к тому, что Советский Союз тоже был бы обвинён в соучастии в финансировании фашистской Германии. Я вас уверяю, что это очень острая политическая тема и занимались этим соответствующие организованные силы. Они имели и имеют хорошее финансирование, но до сих пор так ничего не обнарудовано. Значит, таких документов просто нет. Это лишний раз подтверждает то, что политика Советского Союза в межвоенный период была значительно более принципиальная. А это была политика, направленная на создание системы коллективной безопасности, на попытки создания этой системы. Уж, по крайней мере, в Советском Союзе ясно понимали, что если фашистская Германия спит и видит, как попасть, напасть на Советский Союз, а у Гитлера это была маниакальная идея, он об этом откровенно говорил, то прекрасно все понимали, что здесь никому не отсидеться. И вот выстраивание этого коллективного антифашистского, антигитлеровского фронта было одной из главных задач внешней политики Советского Союза. И да, действительно, вы абсолютно правы, что, э, в таком роковом тридцать восьмом году, а, когда, собственно, вот и начиналось всё то, что начиналась подготовка к нюнстнскому сговору, Советский Союз остался один, который продолжал э настаивать на том, что он готов оказать в Чехословакии военную помощь. В частности, была использована трибуна Леги наций, когда в то время Советский Союз в тридцать четвёртом году был, он вступил в регунации. И вот советский представитель неоднократно с трибуны леги нации заявлял, что даже если Франция не будет оказывать военную помощь Чехословакии, он готов это сделать. Здесь было единственное условие: не было общей границы у Советского Союза с Чехославакий. И для этого советские войска должны были пройти к территории Чехословакии. Самым прямым удобным путём было, конечно, через Польшу. Можно было также через Румынию, но это далеко с юга, это неудобно. И Советский Союз ставил перед теми же самыми англичанами и французами вопрос: "В вас же поляки слушаются Польша Пилсудского, ну скажите им, что во имя общей безопасности они должны пойти на то, что да, они не любят Советский Союз, они занимаются русофорской политикой, но они же должны понимать, что это вопрос их собственной безопасности. >> Угу. >> А поработайте с ними, чтобы они согласились пропустить советские войска. Ну и в итоге, что же мы получили? Мы получили то, что Польша гордо заявила не позволян, как она любила в на протяжении истории делать, и заявила, что она не только не пропустит советские войска через свою территорию, но даже если хотя бы один советский самолёт опробует перелететь через её территорию, она будет это расценивать как агрессию и объявит Советскому Союзу войну. Вот таковы были реалии. Поэтому, э, можно и нужно констатировать очень неприятный для Варшавы факт. Вот. В условиях этого чудовищно-циничного мюнхенского сговора Польша проявила себя с самой негативной стороны. Она фактически была таким, как бы у нас говорят, таким подпаском, а, то есть была тоже агрессором, но агрессором меньшим. И как мы с вами знаем, а началось всё с того, что Польша, которая давным-давно предъявляла претензии Чехословакии на часть Селезии, так называемая Кешинская Селезия, она воспользовалась этим Нюнхлинским гором для того, чтобы ввести туда войска и просто оккупировать эту часть ээ территории суверенной тогда Чехословакии. И поэтому в данном случае вот это тоже не нужно забывать. Нужно назвать вещи своими именами. К сожалению, ситуация сложилась так, как сложилась. Поэтому ответ Польши о нежелании пропустить советские войска, он становится абсолютно очевидным и понятенны. >> Я не знаю, Алексей Юрьевич, если у вас был шанс ознакомиться с мемуарами Эдварда Бенеша, потому что они, по-моему, их на русской, по-моему, нету. По-русски. >> На русском я, честно говоря, не видел. Я честно вам хочу сказать, что я, конечно, ну знаю его содержание, по крайней мере, ну из тех вот пересказов, которые есть. Угу. >> А, и Эдуард Бенш. Ну, в общем, он фигура достаточно. Почему я задаю этот вопрос? Эрд Бенш, его мемуары, например, Мюнхентские дни, это один том так называется, они очень содержательные, очень иллюстративный с точки зрения, кто и как давил на тогдашнюю Чехословакию и каковы были, скажем, настоящие планы тех, кто ээ шли путём мюнхенского сговора, когда он объясняет, почему наконец-то не принял решение воевать против Германии, он аргументирует тем, что те западные, так называемые либералы, готовы были идти, так сказать, не только не только молчать, ничего не делать, но фактически встать на стороне, так сказать, гитлеровской агрессии. Она это описывает очень очень конкретно и так далее. Я я думаю, было бы неплохо это перевести тоже на русский язык и применить во все вй стране. Но к этому ещё ещё хочу вернуться. Знаете, ээ кто-то говорит: "Да, ну ладно, они нас предали" и так далее, ошибка. Но чем более приписывают историю сегодня Второй мировой войны с противоположного, так сказать, лагеря, тем более, по-моему, мы должны отодвинуть и бросить всякие, ну, скупули или, сказать ограничения и говорить полным голосом о том, каковы были настоящие планы тех французских и именно великобританских кругов. которые путём мимнхенского сговора поощряли, так сказать, Дранкнахостон. Именно так. Вы вы вы согласны? >> Да, всё правильно. Совершенно вы сказали. Более того, вот эта часть мемуаров Бенниша, она, в общем-то, перекликается с той дополнительной информации, которая известна, которая была связана с тем, что ещё летом тридцать восьмого года, как мы с вами знаем, начиналось-то всё с ультиматумов Гитлера. Там первый был ультиматум, второй был ультиматум. >> Угу. >> А насчёт того, что вот Чехословакия обязана передать ему территории населённые Да. Ну, компактно населённые немцами- это где-то 3 млн примерно. А >> прежде всего, это судетский вопрос, так называемый. А, и известно, что летом уже тридцать восьмого года и представители Англии, представители Франции совершенно откровенно говорили Чехословакии, что если она в данной ситуации не захочет пойти на уступки, то они оставляют за собой право встать просто на сторону фашистской Германии, потому что, как они говорили, это единственный путь к миру. Ну вот если мы с вами будем руководствоваться вот этой логикой и этими фактами, про которые мы уже говорили, вот этими воспоминаниями, оставшимися, кстати, зафиксированными на уровне выступлений парламента, в парламенте эвела Чемберлена насчёт того, что неужели мы будем из-за какой-то неизвестной страны в Европе жертвовать своим благополучием и не дай бог рыть окопы, но это же всё ставят на свои места именно по этой причине, когда они увидели, что чехословакий, естественно, не хочет быть куском мяса, которые бросит. Так вот, да, знаете, давайте такой образ возьмём. Кусок мяса, который бросили на съедение. >> Угу. >> Блядишь, агрессор подавится и дальше не пойдёт. Ну вот это вот абсолютно циничное из из самых самое самое, наверное, циничное из истории международной дипломатии э соглашение вот такого, если мы его разберём со всех сторон. А то, конечно, они вот прекрасно, у них была логика, зачем нам жертвовать мы великие, мы свободные. Если кто-то хочет, давайте мы будем его задабривать. Другое дело, как они могли не понимать последствий? Но это вот вопрос уже отдельный, я бы сказал, философский. И после Второй мировой войны, как мы с вами знаем, после сорок пятого года, когда всё это ещё было очевидно, а многие в Англии и Франции, особенно во Франции, особенно во время, кстати, процесса над маршевым теном, >> Угу. >> задавали вопрос: "А может быть, есть смысл привести привлечь к ответственности тех руководителей, которые допустили этот крах? Они же шли на сговорй. Они же пытались от Германии откупиться". Да, другими странами и территориями они не могли не понимать. Это называется злоупотребление своими должностными положениями, полномочиями. Если ты премьер-министр, ты отвечаешь по закону за безопасность страны. Но эти разговоры ничем не закончились и в общем никто ответственности привлечён не был. Но тем не менее и в своих выступлениях, кстати, в своих выступлениях на судебном процессе, это очень, кстати, интересный документ. Частично он где-то есть на русском. частично его нет на русском. Вот судебный процесс над питеном, когда он абсолютно смело говорил: "Зачем вы меня судите? Я всего лишь пытался сохранить остатки Франции. А сами французы, французское правительство виновато в том, что оно привело страну к катастрофе, потому что оно не готово было воевать". Вот что самое главное. Но если для них самое главное, чтобы не сидеть, не дай бог, в окопах, там что ещё говорил Ченберлен? в противогазах сидеть в окопах из-за какой-то неизвестной страны в Европе, потому что она упирается, да? Ну, ну о чём можно говорить? Вот таков был ифренны и смысл этой политики. Я думаю, что в определённое оправдание, но в определённое оправдание цинизм нельзя оправдать, тем более политический. Вот действия Франции и Англии можно сказать то, что они чувствовали себя излишне самоуверенными. Они считали, что они главные бенефициары вот в Версале. Они главные гаранты, они главные победители. И поэтому можно то, что нельзя других. Вопрос только в том, что к чему приводит такая политика. Но это уже вопрос, я бы сказал, может быть, даже больше философский. >> В этом отношении я считаю очень важным источником мемуари Шарльде Гола, который называется в в мемуаре лет войны 1940-4 сорок44 год. Он там описывает в очень ярких цветах ту страшную атмосферу в Париже, когда он стал накануне агрессии гитлеровской Германии на Францию замминистром обороны. >> И он пишет, что я был окружён капитулианством везде. Никто не думал о достойности своей страны. Все думали, как фактически выдать Францию Гитлеру. И многие уже думали о том, как они приспособятся, так сказать, как птен и прочее. И говорит, что среди этих правящих кругов очень много было таких, которым был ближе, он пишет напрямую, Гитлер, чем Сталин. И и они думали даже о том, как ещё завоевать кое-что таким путём, что, например, помогать Финляндии против Советского Союза или даже ударить по рафинериям в Баку, в Азербайджане, чтобы, так сказать, ограничить доступ советской армии Советского Союза к горючим и так далее, и так далее. То есть Шарде Голь это пишет, не какой-то, так сказать, левак или и так далее. Ээ, я перейду, Алексей Юрьевич, к самому такому камню преткновения. Они его называют пакт Рибендроб Молотов. Фактически речь идёт о договоре о ненападении между Советским Союзом и Германией с 23 августа тридцать девятого года. И даже Европарламент дерзнул высказать настольку грязную версию в сентябре 2019 года, так сказать, при годовщине ээ начала Второй мировой войну атакой на на Польшу, что мол вот этот документ стал главным, ну, скажем, виновником Второй мировой войны, скорее, что Москва виновата Второй мировой войной в такой же степени, как гитлеровская Германия. Ну, прокомментируйте, пожалуйста. Ну, я думаю, что мы можем смело вот эту запредельно циничную резолюцию Европ