CZ titulky: Jevgenij Spicyn a Josef Skála: Sovětská ekonomika nebyla tím, co nám tvrdili

Hezký večer tobě, hezký večer našemu ctěnému publiku. Já začnu v češtině a hned přejedu do jazyka naší konverzace. My jsme se těžko propracovávali do Moskvy, kde sedí náš vážený host, profesor Jurjevič Spicin, doktor historických vět, autor fenomenálních knih. Já jsem nedávno viděl v jednom vysílání, kde se zúčastnil, že takhle byli seřazeny vedle sebe na stojačku. No, myslím si, že běžný metr to byl host. A takže budeme si povídat rusky s Jenijem Jurjevičem a sice nad jedním z těchto svazků, který se jmenuje Lež a pravda o sovětské ekonomice. A já teď přejdu do jazyka ruského. Já věřím, že tam někde běží ten synchronní překlad. neumíte rusky tolikuž poва нашей публикой что у нас были технические проблемы потому что соединиться в Москву посредством нормальных инструментов иногда уж не так нельзя ношли наконец-то способ и будем надеяться что он будет тоже нам помогать в следующие так сказать этапы Я коротко рассказал о вас, хотя некоторые из наших зрителей вас помнят. Мы ведь с вами встречались уже два раза над книгой Хрущевская Слякоть. А сегодня мы поговорим о другом, другой вашей монографии, очень объёмной. Называется Лощ, правда, советской экономики. Я опять смотрел в его текстах 816 страниц. сам по себе это уж настоящий настоящая книга. И из этого я посчитал около 60 страниц лишь источники. То есть я это привожу, потому что я вас считаю историком настоящим тоже в том смысле, что вы не занимаетесь там какими-то гипотезами в воздухе, а всегда старайтесь опираться на факты, на первоисточники. И даже когда вы комментируете определённые или описываете определённые вопросы, вы всегда старайтесь сопоставить взгляд разных серьёзных и даже менее серьёзных историков. Мне это очень нравится, этот документальный серьёзный простопоход. Тема наша сегодня, она сама по себе очень объёмная, и мы никак не сможем её, так сказать, обсудить в течение одной программы. Поэтому я вас попросил, пожалуйста, подтвердите это нашим зрителям, что это не последняя наша встреча, и мы будем постепенно, так сказать, переходить от одного к другому аспекту этой очень интересной темы. Могу попросить вас. Да, хорошо. Да, да, конечно. Да, это действительно объёмная тема, потому что речь пойдёт о, а, сороти годах после военного развития Советского Союза. И надо сказать, что вот эти 45 послевоенных лет, когда у власти находились Сталин, Хрущёв, Брежнев, а затем очень непродолжительное время Андропов и Черненко, это не есть единое полотно единого процесса, поскольку экономическая политика и экономическая система Советского Союза в этот период претерпевала довольно существенные изменения и, прямо скажем, не в лучшую сторону. от сталинской модели экономики стали постепенно, но неуклонно и довольно масштабно отходить, что в конечном итоге и завело нашу страну в период горбачёвской перестройки, которая закончилась крахом и самого Советского Союза, и всего социалистического лагеря. >> А позвольте мне, Евгений Юрьевич, вас на секунду прервать. Меня Вы меня слышите? Там что-то получилось два раза. Знаете, в нашей стране >> примерно так же, как в России, но у нас, наверное, ещё больше, ээ, преобладает демагогия сплошная такого типа, что до Хрущёва Советский Союз был примитивной страной, где лишь экстенсивные, так сказать, рычаги командной экономики держали всё в каком-то примитивном состоянии. технологического прогресса никакого не было. Гоняли там с лопатами и народ куда-то, большинство новых строек. Это результат гулага и так дальше. Вы это прекрасно знаете. И настоящая картина абсолютно противоположна с точки зрения типа экономического развития, так сказать, ориентации на интенсивные факторы. Ведь при Сталине, а, так сказать, до Хручева, наоборот, издержки производства, себестоимость производства были решающими, так сказать, критериями и так далее. Я вас попрошу, отреагируйте сначала на синтетически на этот вопрос. Это очень поможет нашим зрителям. >> Угу. Я понял. Значит, смотрите. Всё, что касается оценок сталинской модели экономики, а это от начала до самого конца сплошная мифология и ложь. >> Угу. >> Надо сказать, что сталинская модель экономики, которая стала выстраиваться с начала первых пятилеток, она, наоборот, оказалась наиболее эффективной моделью не только советской, но и всей мировой экономики. Вот традиционные штампы, например, что у нас была всеобщеуравниловка. >> По степени дифференциации оплаты труда Советский Союз ещё в довоенный период стоял на первом месте в Европе и на втором месте в мире после США. У нас на дифференциальной оплате труда находились 77% всех рабочих и служащих. >> Ну какая к чёртовой матери уравниловка? >> То же самое касалось, например, о тотальном огосударство экономики. Советская модель экономики как раз была многоукладная, которая сочетала в себе, разумно сочетала как общегосударственный сектор главным образом в отраслях тяжёлой базовой промышленности, так и негосударственный сектор. Если речь идёт о промышленности, то в сталинский период в стране существовало 265.000 артелий, где работало несколько миллионов человек. Я хочу сказать, что у нас люди часто не понимают принципиальное отличие сталинских артелей от буржуазного способа производства и ставят их на одну доску, например, с частными семейными фирмами. Но принципиально разницу между сталинской артельей и частной семейной фирмой или небольшим мелким бизнесом состояло в том, что артельная собственность была поевая. Угу. >> То есть она складывалась из собственности учредителей этой артели. >> Каждый из них вносил определённую сумму, ну, например, денег в уставной капитал. Но самое главное, что если член этой артели уходил из неё по каким-либо причинам, то он не забирал свой кусочек собственности. >> Артельная собственность оставалась неприкосновенной. >> Но самое главное даже состояло не в этом. Артельная собственность не принимала участия в процессе купли-продажи. >> Угу. >> Купить и продать артель было невозможно. можно было только создать новую артель. И вот это принципиальная разница была сталинской модели экономики. Почему Сталин её создал? Он прекрасно разбирался в экономике и понимал, что государству не надо контролировать всё и вся. У него просто физически не хватит сил на это. он впустую будет тратить усилия государственного аппарата на то, что невозможно в принципе проконтролировать. И будут огромные деньги тратиться на пустопорожнюю работу этого самого государственного аппарата. Он считал, что потребительский рынок надо отдать на откуп именно промысловым артельным структурам. И при Сталине это работало блестяще. Ну, достаточно сказать, что в тридцатые, сороковые и первой половине пятидесятых годов все игрушки, детские игрушки, включая ёлочные украшения, делались только артелями. Не было ни одной государственной фабрики, где производилось бы детские игрушки, в том числе и новогодние гирлянды и всё такое прочее. Дальше 40% всей мебели производилось именно артелями. Причём они производили эту мебель небольшими партиями, и они очень оперативно и гибко реагировали на запросы потребительского рынка. Вот меняется, например, мода на стол, на стулья, на какие-то шифонеры, шкафы, буфеты и так далее, и так далее. Вот тридцатые годы было модно одно, в сороковые другое, а в пятидесятое третье. Именно артели в силу малости своих производств и малых объёмов производства могли очень быстро и оперативно реагировать на конъюнктуру потребительского рынка. Дальше 40% всего трикотажа верхнего делалось в ртелях. 35% всей обуви делалось в артелях, потому что можно было оперативно реагировать на изменение моды, например, на те же туфельки дамские или сапушки. Одно дело перестроить на производство новых моделей обуви огромные фабрики, где работают тысячи работников, где задействованы сотни, если не тысячи станков. И другое дело, перестроить на производство новой модельной обуви какие-то небольшие артели. >> Плюс продовольствие. Евгений Юриевич, правда? >> Да, тоже самое, то же самое касалось и продовольствия. Дело в том, что у нас существует ложная матрица, что всё сельское хозяйство было коллективизировано в колхозы, которые были государственной собственности. Это ложь. Колхозы- это были те же самые сельхозортели. В колхозах объединялась только пахотная земля и только крупный рогатый сход. >> Всё остальное оставлялось в крестьянских подворьях. Более того, когда прошёл второй этап коллективизации и было коллективизирована значительная часть аграрных хозяйств, проходит первый съезд колхозников в феврале тридцать пятого года. И на этом съезде принимается первый примерный устав Сельхозртели. Очень подробный устав. И там чётко было прописано, что каждый колхозник должен отработать минимум трудодней на общественном производстве, то есть в колхозе. Этот минимум в зависимости от региона составлял от 70 до 100 дней. >> Угу. >> В году 365. Так вот, из этих 365 дней надо было отработать за трудодни минимум либо 70, либо 100 трудодней, >> то есть всего 1/3, а то и 1/4 >> рабочего времени. А всё остальное время ты мог работать на себя лично. И многие этим и занимались. Почему? В этом же уставе сельхозартели было прямо прописано, что у каждого колхозника должна быть усадьба. То есть дом и дворовые постройки, в том числе для скота и птицы, что у каждого колхозника есть приусадебный участок бесплатный. >> Именно так. >> Размер этого участка в зависимости от климатической зоны и от территории колебался. А вот теперь внимание, от полгектара до полутора гектаров земли. >> Угу. >> Что такое 15 гели? 150 соток. Чтобы вы понимали масштаб этого приусадебного участка. У нас дачные ээ хозяйства которые владели десятки миллионов советских людей, составляли в среднем 6-10 соток. >> Угу. >> И до 60 соток люди себя кормили весь год своими запасами, картошкой, помидорами, огурцами и всяким прочим. А тут до 150 соток земли, до 150 соток. Там можно было выращивать всё, что угодно. И дальше ты произведённую у себя продукцию могли либо продавать по твёрдым государственным ценам, то есть ты в начале посевного года заключал с промкооперацией договор о том, что к концу, значит заготовительного года государство у тебя покупает, например, 100 кг картошки, там 100 кг моркови, например, 100 кг лука. по твёрдой цене. Тебе приезжали осенью на тракторе или на автомобиле, ты сдавал положенное, значит продукцию и получал тут же, не отходя от кассы и деньги. Если тебе не хотелось сдавать свою продукцию по твёрдой цене, ты спокойно мог идти на колхозный рынок и торговать там по любой цене. >> Угу. Причём ты платил за место на колхозном рынке, смешно сказать, 5 копеек. За тобой закреплялось как одно торговое место. Ты платил 5 коп и целый день мог торговать всем, чем угодно. >> По какой цене ты хотел, по такой цене ты свою продукцию и продавал. >> Поэтому рассказывают сказки о том, что советская деревня жила в проголоть. Слушайте, а откуда появлялись целые танковые колонны и целые самолёты эскадрили, которые покупались на личное сбережение колхозников? >> В деревне плохо жили лодари и бездельники, >> которые не хотели работать ни в колхозе, ни в своей усадьбе. А те, кто работал в колхозе и те, кто работал на своей усадьбе, они жили вполне себе зажиточно, особенно в южных регионах страны. Слушайте, у многих крестьян Кубане, Дона, Оренбуржье и так далее были мотоциклы не по одной машине и так далее, и так далее, и так далее. В городах не было такого изобилия автомобильного транспорта, как в сельской местности. >> Давайте я опять перебью вас на секунду. Вы скажите нашим зрителям, если могу попросить, кто и как и почему отменил эти присадебные приусадебные участки и повредил миллионам, так сказать, людей в деревне. >> Больше того, я сейчас скажу на отвечу на ваш вопрос. Помимо сельских жителей приусадебные участки были у горожан, особенно небольших районных центров, таких приусадебных участков у горожан к моменту Прущёвского управления было 12.700.000. Люди сами себя обеспечивали маслом, молоком, сыром, мясой, сметаной и так далее, и так далее. Им не было нужды идти за продовольствием в продовольственные магазины. >> И одним решением Хрущёв ликвидировал приусадебные участки жителей городов. Э, и ситуация на продовольственном рынке сразу рухнула. И даже придумал делал это даже придущёв, >> как он ликвидировал, например, сталинские артели. Угу. >> Вышло всего два постановления ЦК 1956, а потом 1960 года. Все артели были агосударственные, то есть национализированы, а потом потом они были слиты в крупные производства. Ну, например, на месте одной артели создавалась какая-то крупная фабрика по производству той же мебели. >> Не поворотливый, совершенно неповоротливый гигант, который не мог оперативно реагировать на запросы потребителей, на те или иные товары народного потребления, то есть ширпотреба, как у нас называло. Отсюда сразу возникли проблемы и на вещевом рынке, и на продовольственном рынке. Плюс проблема достала, конечно, денежная реформа. У нас вот мало кто понимает, что произошло в шестьдесят первом году. В шестьдесят первом году Хрущёв проводит денежную реформу якобы для того, чтобы деноминировать рубль, то есть сделать его дороже. В глазах обывателя вместо, значит, 100 сталинских рублей были введены 10 новых хрущёвских рублей. Но это для обывателя. На самом деле, используя эту реформу, Сталин провёл, прошу прощения, Хрущёв провёл скрытую деноминацию национальной валюты по отношению к доллару. Он её спустил в четыре раза. >> Он установил другое соотношение рубля к доллару. И что произошло? при старом раскладе, значит, при обменном курсе, значит, за один рубль давали четыре, ээ, прошу прощения, за 1 доллар давали 4 руб., а теперь за 1 доллар стали давать 27 руб. >> 4 руб. и 27. Есть разница. Для чего он это сделал? А для того, чтобы сделать рентабельной торговлю нефтью. на мировом рынке. И что произошло дальше? Когда провели деноминацию цен в государственной торговле и снизили цены в 10 раз, то на рынке цену снизили не в 10 раз, а в четыре, в пять раз. >> Угу. >> И на рынке вся продукция стала стоить дороже. >> Как минимум в два раза, как минимум, а то и в три раза. Что сделали директора государственных магазинов продовольственных? Они скумекали, что можно получать огромные барыши, если ты будешь сбагривать свою продукцию через колхозные рынки. >> Они, например, получали по плану мясо по цене 2,50, которые должны были пускать в торговлю, а они это мясо направляли на колхозный рынок близлежащий. сдавали там его по 2,50. Колко продавали это мясо по 5 руб. Рубль давали директору магазина сверхстоимости, а остальное забирали себе. И вот эта коррупционная система в государственной торговле, она была выстроена именно при Хрущёве. Отсюда на колхозных рынках можно было купить всё, что угодно, дороже, но всё, что угодно. А в государственной торговле мясо на прилавках пропало. То же самое произошло с колбасами, с творогом, ну и так далее, и так далее. То есть всего одним идиотским решением Хрущёв разрушил продовольственный рынок в государственной торговле. >> Давайте перейдём, Евгений Юрьевич, к сорок пятому году. Страна страшно, так сказать, пострадала от гитлёрской агрессии. 25 млн советских людей даже не располагало крышей над головой. В тот год пришло даже сухо. Тысячи городов, колхозов, фабрик и так далее было разрушено. И началось начался этап реконструкции. Западные державы так смотрели на это и думали, что это будет длиться там длинные годы, чем Союз вернётся хоть бы на уровень довоенный. И страна сделала такой рывок, что все просто бальдели. И даже Запад стал бояться, что если этим этими темпами Советский Союз будет развиваться, то взаимное соотношение сил будет меняться очень быстро в пользу Советского Союза и его союзников. Скажите, пожалуйста, пару цифр и, так сказать, тезисов на эту тему. Ну, во-первых, начнём с того, что все годы правления Сталином, начиная с первой пятилетки, то есть с двадцать девятого года по пятьдесят пятый год включительно за минусом 4 лет войны, это особый этап экономики, мы их исключим. То есть на протяжении 21 года среднегодовые темпы развития советской экономики стабильно составляли почти 14% в год. То есть каждый год советская экономика росла на 14%. За счёт чего? Прежде всего за счёт внедрения новых технологических новинок. Вот, например, послевоенная пятилетка, четвёртая пятилетка, которая закончилась в пятидесятом году. Мы превзошли уровень промышленного развития страны довоенного уровня на 73%. А нам предрекали, что мы восстановим довоенный уровень только через 15 лет. >> Угу. >> То есть к шестидесятому году мы должны были выйти на объёмы нашего промышленного производства э сорок первого года. >> Угу. А мы к пятидесятому году не просто вышли на эти объёмы, а превзошли их на 73%. За счёт, прежде всего, роста производительности труда. За счёт чего добивался этот рост производительности труда? Один пример, вернее, два примера. Ещё в годы войны, 27 ноября сорок второго года выходит очень подробноя, буквально расписанная по минутам постановление ЦК. Смысл этого постановления. рабочие служащие, инженеры тех промышленных предприятий, где за счёт внедрения новинок производства технологического обновления, увеличивались масштабы производства и сокращалось время на производство этой продукции, сокращалась себестоимость этой продукции, выплачивались гигантские премии. Достаточно сказать, что если, например, какая-то технологическая новинка приносила экономию средств в 50.000 руб., то изобретатели этой новинки единовременно получали премию в 5.000 руб., а потом по 2,5% от общего объёма произведённой продукции. >> Это были огромные деньги. Если средняя зарплата, например, составляла промышленности примерно 700 750 руб., то ты единовременно получал 5.000 руб. Да, потом ещё процентное отчисление. У людей был реальный >> живой стимул, ээ, значит, разрабатывать и предлагать делать предложения по инновациям промышленного производства. Второй пример. В сорок седьмом году Сталин создаёт государственный комитет по внедрению новой техники. >> Председателем этого комитета он назначает одного из лучших сталинских наркомов, который в годы войны возглавлял наркоматан танковой промышленности. Чтобы люди понимали, мы суммарно произвели танков и Сао в годы войны почти 125.000, больше, чем вся германская промышленность и все европейские страны вместе взятые. Причём себестоимость того же танка Т-3485, это новейшая модификация, была снижена к концу войны в 3 с по раза. Так вот, Малышев в сорок седьмом году возглавил этот госкомитет, а именно за счёт этого началось массовое внедрение новой техники на всех предприятиях страны. той техники, которая давала, с одной стороны повышенные темпы производства готовой продукции, а с другой стороны способствовало резкому снижению себестоимости этой продукции, >> а значит, и стоимости этой продукции на рынке. >> Угу. >> Что делает Хрущёв, когда он переформатирует в пятьдесят седьмом году правительство? Он вроде бы сохраняет этот комитет. Малышев к тому времени, к сожалению, уже умер. Он, этот комитет называется Госкомитет по науке и технике. Оттуда изымается ключевое слово по внедрению. Что это значит? Если при Сталине этот госкомитет назывался госкомитет по внедрению новой техники, то Госплан СССР, разрабатывая пятилетние и годовые планы развития народного хозяйства, закладывал для каждой отрасли и для каждого предприятия объёмы и масштабы внедрения этой техники поштучно. >> Это был государственный план, то есть это был закон. Попробуй только наружь и не исполни этот закон. Ты сразу получишь по шапке и уголовную статью. А Хрущёв убрал это слово по внедрению, и госкомитет превратился просто в рекламные контору, >> в рекламное агентство. Вот мы вам представляем новые образцы техники, а вы сами решаете, будете вы их внедрять, не будете вы их внедрять. И госплан уже не стал планировать объёмы внедрения новой техники по отраслям и по отдельным производствам. Вот вам и всё. Казалось бы, поменяли всего лишь название. Да, за этой сменой названия поменялась суть этого комитета. >> Конечно, >> вот в чём дело. И вот таких вот нововведений хрущёвских было полным-полно. Именно они сломали сталинскую модель экономики. Именно они заложили основы того кризиса в экономике, с которым столкнулся Советский Союз. Я вот вам для примера такую вещь скажу. Вы знаете хорошо историю с Лебермановской касынской реформой шестьдесят пятого года. >> Угу. >> А вы знаете, что у наших реформаторов были хорошие учителя в кавычках? И я думаю, вы даже доказываетесь, где они, значит, получили первые азы своих либеральных экономических реформ. Чехословакия. Конечно, конечно, >> потому что ещё в шестьдесят третьем году Хрущёв дал указание наводному избавиться от последних ээ соратников Клемента Готлеба Клемента Готвальта. Тогда из состава полютбюро или, вернее, президиума ЦК КПЧ были выведены три члена, в том числе и высокий тогдашний глава правительства. >> Широкий, широкий, >> широкий, прошу прощения, широкий тогдашний глава правительства. В руководство правительства приходят новые персонажи, в том числе два таких товарища, как Черник и Шик. Черник стал председателем госплана. >> Угу. >> А, и заместителем главы правительства. Ашик стал главным разработчиком новой экономической реформы. >> Именно так. >> Они запустили, значит, эту реформу и буквально в течение одного года обвалили цветущую чехловацскую экономику. На 20% упал уровень жизни чехов и словаков. А Вечесловакия была конфеткой в системе стран социалистического содружества. Её продукция пользовалась колоссальной популярностью не только в Советском Союзе, во Франции и в Германии. Высочайшего качества продукции, себестоимость продукции по сравнению с западноевропейскими товарами была значительно ниже и тд и тп. Темпы развития экономики были одними из самых лучших в Европе. И на 70% всей номенклатуре машиностроения, например, у нас производилось в такой стране с 15 млнами человек. Гигантский в Чепловакии традиционно был очень мощный военно-промышленный комплекс. >> Да. >> Вот традиции, кстати, традиции рабочего класса, высокообразованный рабочий класс, ээ, высококвалифицированный рабочий класс, тоже можно было сказать и про инженерные кадры. Конечно. >> Вот что потом, значит, делают эти так называемые пражские реформаторы, чтобы свалить наводного и вообще всю его группировку. Они в шестьдесят шестом году проводят съезд. И на съезде тот же Шик, тот же Черник и другие персонажи. На этом съезде, кстати, присутствовал Брежнев. Они говорят: "Да, вот у нас неудача в экономической реформы, но это не мы виноваты, это не сама реформа". Замечательно. Это нам партаппарат мешает её проводить. Вот эта бюрократическая партнаменклатура. Надо ударить по штабам, надо изменить наш политический курс, больше демократии, больше социализма. Вот. Ну и так далее, и так далее. Ничего не напоминает? Точная копия Горбачёвской перестройки. Не случайно у него в главных нештатских нештатных советниках был никто иной, как Дзенок Млыж. один из деятелей пражской весны. >> Пражкой весны, да, причём один из самых ещё там умных, потому что были более более дураков там было тоже. Но давайте вернёмся к советской реформе Касигна Либермана. До до того ведь у вас был великолепный план ОГАЗ. Чехосла чешская публика вообще ничего о нём, как правило, не знает. Я вас очень попрошу, скажите об этом прорыве и о том, кто, так сказать, не дал, не позволил её реализовать. И поче, >> вы знаете, по поводу Агаз существуют разные мнения и подходы. Кто-то, напротив, считает, что этот Агаз был предтечей вот тех извращений, которые уже случились в годы Горбачёвской перестройки. Это была борьба, внутриклановая борьба между разными экономическими школами. Но, увы, и та, и другая школа, они были прозападными, пролиберальными. Просто те, кто разрабатывал программу Агаз, они, будучи изощрёнными интриганами, обвешали её марксистской риторикой. Понимаете? Потому что на самом деле сейчас приходит понимание того, >> что вот у нас, например, ту же реформу Глушкова представляют как один из альтернативных вариантов косыгинской реформы. Но дело в том, что программа Глушкова по всеобщей компьютеризации экономики, это была не экономическая реформа как таковая, это была реформа, предложена реформа управления экономикой. Это разные вещи. Это был механизм управления экономикой, а не перестройка самой экономики. >> Но я сейчас бы хотел сказать о другом. Дело в том, что и мне вот значит вот это понимание пришло совсем недавно, когда я закончил писать вторую книгу про Горбачёвскую перестройку. И в этой связи мне, конечно, надо несколько подправить м мою вот эту книгу, о которой вы говорили, Лож и правда о советской экономики. В чём оказалась порочность и Брежних Брежневских экономических реформ, и горбачёвских? А дело в том, что в борьбе между товарниками и рыночниками, а шли бесконечные споры между этими двумя группировками, этот спор начался ещё при жизни Сталина. >> Угу. Его последняя работа о проблемах строительства социализма, она как раз и стала своеобразным ответом вот на эту развернувшуюся дискуссию между ними. В конечном счёте победили рыночники. А, >> и та вот самая либеральная, э-э, значит, либермановскогинская реформа и все последующие реформы, они исходили именно из этого, >> из приоритета рынка >> и всех тех показателей, которые якобы ээ определяли эффективность экономического производства. Цена, прибыль, себестоимость, самофинансирование и тд и тп. Но уже в девяностом году вышло довольно масштабное исследование альтернативных экономистов в девяностом году, то есть ещё во времена Горбачёвской перестройки, где они прямо показали, что вот эта теория конвергенции, которую нам навязали именно во времена Хрущёва, она порочна по самой своей сути, не потому, что она левая или правая. А потому что к середине XX века институты частной собственности на средства производства и все основные показатели, характерные для буржуазной экономики, в том числе прибыль, это был позавчерашний день X века, потому что реальные объективные законы экономического развития и диалектики показывали, что мир вступил в принципиально иную принципиально иной век экономического развития, что сами западные корпорации, крупные корпорации воочию показывали, что идёт дальнейшее обобществление производства, что институт частной собственности в том старом понимании этого слова, он издыхает, что он уже становится неэффективным, что идёт планомерное э становление госплановских управленческих структур не по названию, а по сути. Пускай в западной экономике, в тех же крупнейших корпорациях, буржуазных корпорациях, не было госплана, но по факту они своё производство планировали. Конечно. >> А нам предложили вообще отказаться от плана, отбросить любые плановые показатели и пуститься в свободный рынок. То есть нам предложили под вывеской экономической реформы вернуться ко временам капитализма эпохи свободной конкуренции, то есть к самому начальному этапу в развитии капитализма, характерного для первой половины XIX века. Мир давно ушёл вперёд. Даже буржуазные, самые прозорливые буржуазные экономисты и владельцы крупнейших национальных и транснациональных корпораций поняли, что объективные законы экономики требуют обобществления производства и планомерного управления им. >> Причём у вас были великолепные экономисты, которые до того давно освещали вещи. Конечно, >> в нужном этом Евгений Варга, например, великолепный экономист. >> А вы знаете, почему Горбачёв купился вот на эту, э, значит, вот эту ложную матрицу >> конвергенции? >> Дело в том, что ээ Ханин, у нас есть такой известный экономист новосибирский, >> он сказал, и это подтверждают многие люди из окружения Горбачёва, Горбачёв буквально млел перед статусностью экономистов. Вот если он кандидат наук, а это, а вот если он академик, он прямо перед ними готов был на корене встать. И жена его такая же дура была ната >> комплексом провинциальной донтессы. >> Вот для неё академик - это свет в окошке, понимаете? А среди этих академиков сплош рядом были вот те самые экономисты-рыночники, которые горбачёвые завели в тупик. Так же, как и Хрущёва, они навязали им вот эту абсолютно ложную модель якобы выхода страны из экономического кризиса. И они, напротив, усугубили этот экономический кризис, вместо того, чтобы, >> конечно, >> вернуться к сталинской модели экономики. А почему он